Без зубов ради связи

Великая Отечественная Война унесла миллионы жизней. До сих пор тяжело сказать, сколько наших предков погибло, борясь за свободу не только нашей страны, но и всей Европы. Мы все в долгу перед теми людьми, которые воевали за жизни будущих поколений, чтоб они жили в мирное время с чистым небом над головой. Хотелось бы рассказать историю одного из героев войны, которому мы обязаны нашими жизнями. Это Владимир Васильевич Волков, он родился 7 июня 1924 года в городе Иваново. Рос ветеран в семье рабочих, в которой помимо него еще было 3 брата и 2 сестры. Братья были старше него, поэтому ушли первыми на фронт. К сожалению, жизнь одного на войне прервалась. Сестры были труженицами тыла, помогали дома родителям.

SWOT: Владимир Васильевич, расскажите о вашей  жизни в период, когда началась война.

(Владимир Васильевич Волков – далее В.В. – Прим. Автора) В.В.: В конце 1940 года всех мальчиков из моей школы перевели в специальную школу ВВС. Свой 10 класс я провел в спец. школе военно-воздушных сил.  Дело в том, что  мой родной город был окружен аэродромами. Очень часто мы ходили туда, где иногда, особенно в день торжеств, нам разрешали забираться на плоскость самолета. С этого момента и началась любовь к военной авиации.

SWOT: Какие планы были после окончания 10 класса?

В.В.: Я хотел поступить в военное училище, но удалось мне поступить только после войны. Когда я выпустился из школы, мне было 17 лет. Все мед. комиссии я проходил по физическим аспектам, но был слишком молод для службы. В авиационные училища принимали только тех молодых людей, которые достигли возраста 17,5 лет. Всего лишь полгода разделяли меня от моей мечты.  После учебы я пошел на шофёрские курсы, параллельно проходя подготовку в военкомате, где нас учили стрелять, бросать бутылки с зажигательной смесью  и прочим военным приемам.

SWOT: Когда вас призвали на военную службу?

В.В.: Меня призвали в феврале 1943 года и сразу же был отправлен на Юго-Западный фронт. Это были тяжелые времена. Наши войска успешно двигались на запад против немцев. Враг ожесточенно оборонялся. И когда фашисты отодвигались в сторону запада, они приносили колоссальный ущерб: взрывали цистерны с горючим, «распахивали» рельсы в стороны, приводя их в негодное состояние. Все средства были направлены на восстановление путей связи, которые были уничтожены врагом. Вследствие чего на питание выделялись копейки. Солдаты  находили разные способы, как прокормить себя.  Мы собирали пшеницу на полях, перемалывали ее и добавляли в пищу. Получалась, так называемая, каша. Но каша была без жиров, поэтому в наших войсках распространилось такое заболевание, как куриная слепота, то есть с наступлением темноты, мы все были слепы. Страдали такой болезнью только солдаты, командование получало питание, богатое витаминами, жирами и маслами. Когда нужно было перевести войска в иное место, командующий протягивал руку, за которую цеплялся солдат. Тот протягивал свою вторую руку, за которую цеплялся другой солдат и так далее. Таким образом,  мы шли за руку гуськом. Но когда светлело, куриная слепота пропадала, и мы могли видеть.

SWOT: В качестве кого вас направили на фронт?

В.В.: Меня направили как полевого связиста. Я должен был обеспечивать связь командования непосредственно с фронтом, с окопами.    Основными атрибутами моей формы  были  катушка с проводом (8кг), карабин (укороченная винтовка, без штыка), телефонный аппарат (2-3 кг), противогаз. Противогаз был одним из обязательных предметов на случай, если немцы пустят газ, мы бы продолжали свою работу. Но мы, вопреки всем правилам, иногда выбрасывали противогазы из сумки и набивали ее сухарями. Это стало противозаконной практикой.

Моя работа была опасна. Во-первых, несмотря ни на что, огонь, взрыва или затишье, я должен был выходить и прокладывать или восстанавливать связь. А во-вторых, полевой связист еще и слушал, есть ли связь. Следовательно, он слышал все  переговоры, планы и приказы командования, поэтому для немцев  поймать связиста было, как убить двух зайцев: приостановить его работу, а значит, командование и линия фронта остаются без связи, и получить всю необходимую информацию о планах войск посредством пыток.

SWOT: То есть, получается, работа связиста очень опасная?

В.В.: Как я уже говорил, полевые связисты были обязаны прокладывать связь в любое время. А когда нужно было восстанавливать связь, если провод разорвался, я бежал и соединял провода. Сначала нужно было очистить провод от резиновой защиты. Хорошо, если под рукой оказывался нож. А если ножа не было, то приходилось счищать стеклом или острым осколком,  грызть зубами. Хорошо, если провода были наши, тогда солдат лишался только зубов. А, если попадался немецкий провод, в котором резиновая оплетка была пропитана химическим раствором, то рядовой лишался жизни. А выбора не было, если дан приказ — идешь и выполняешь.

Однажды, я побежал восстанавливать связь, а сзади меня два солдата несли на руках одного раненного. Немцы открыли минометный огонь. Мы попали под него. Одна из мин ранила меня в ноги. Я упал и истекал кровью. Двигаться уже не мог. Я потерял сознание и уже не помню, кто меня вынес с линии фронта. Меня отвезли в полевой госпиталь в Камышино на Волге, а затем оттуда меня на барже повезли вверх по реке в Горьковскую область в Богородск в тыловой госпиталь, где я пролежал полгода. Мне делали несколько операций. Один осколок был в ноге и четыре осколка в поясничной области. После одной из операций я проснулся и увидел перед собой на столике эти осколки. Я их выбросил тогда, а сейчас немного сожалею, могли остаться на память.

SWOT: Что было после госпиталя?

В.В.: Из госпиталя меня направили в запасной полк связи в г. Горький. Это был 1944 год. Я пришел туда с тросточкой, как опора, вместо костыля. Когда меня увидели в таком состоянии, мне отказали в отправлении на фронт, но предложили другую вакансию: готовить связистов на фронт.

Но после запасного полка меня направили в боевой полк до 1946 года. Я даже был назначен секретарем комсомольской организации полка связи.

SWOT: Какие были планы после войны?

В.В.: Я думал о демобилизации. Летчик из меня не получится, учитывая  тяжелое ранение. Задумался, кем же мне стать. Я любил деток и хотел стать педиатром. В моем родном городе как раз был медицинский институт. Думал, приеду и поступлю туда. Но моим планам не суждено было состояться. После войны меня вызвали в политотдел спец частей Минского гарнизона  в г. Минск. Начальник политотдела, подполковник Боц вызвал меня на беседу. Он спросил: «Вы что готовитесь к демобилизации?». «Так точно!»- отвечал я.

-И кем же вы хотите стать?

-Детским врачом.

-А почему?

-В авиацию то меня уже не возьмут;

— Нет. Тебе врачом не быть! Ты коммунист! Обстановку мировую знаешь! Так что не быть тебе врачом. У тебя специальное среднее образование, ты же готовился летчиком стать. У тебя есть следующие перспективы: танковое училище, училище связи и авиационное училище. Выбирай. Подумай и приходи с ответом, куда пойдешь учиться.

На следующий день я прихожу и докладываю, что я выбрал авиационное военно-политическое училище в г. Рига. Окончил я его с отличием в 1948 году, поэтому имел право выбора места службы. У меня тогда не было семьи,  и я был готов поехать в любое место службы. Меня направили на Дальний Восток, В Китай, на Ляодунский полуостров в авиационный полк Тихоокеанского флота. Это была морская авиация. После меня направили в Приморье в 1952году, где я и встретил любовь всей моей жизни, мою жену, с которой уже живу больше полувека, с 1954 года.

SWOT: Как сложилась ваша дальнейшая судьба?

В.В.: После службы в Приморье я поступил в Ленинградский высший военно-педагогический институт им. Калинина, который готовил преподавателей для высших военных учебных заведений. После окончания института мне опять предложили службу на Дальнем Востоке с хорошей перспективой как заместитель начальника полит. отдела дивизии. Я сказал ему, что место хорошее, но хочу любое другое место и любой другой район, только не Дальний Восток. Может быть, я когда-нибудь туда еще вернусь, но не сейчас. Меня направили в Калининградскую область в качестве лектора политотдела авиации.  В мои обязанности входила теоритическая подготовка офицерского и рядового составах  в дивизиях. К 70м годам меня пригласили преподавать в КТИ, а уже в 1976 году я стал старшем преподавателем кафедры истории КПСС  и меня назначали зам. секретаря парткома по идеологии.  В институте был создан единый кабинет гуманитарных наук.  Секретарь парткома назначил меня заведующим  этим кабинетом.  Мне предстояла задача создать кабинет с профессиональными кадрами. Я пригласил лучших  преподавателей. Наш кабинет славился в области. Секретарь обкома партии по идеологии, губернатор Горбенко были частыми гостями на нашей кафедре.  В КГТУ я проработал вплоть до 2013 года. Этот год я впервые не работаю. Но меня всегда приглашают в университет на праздники.

Владимир Васильевич – герой не только для нас, потомков, которым он обеспечил мирное будущее с чистым небом над головой, но и примером для своих сослуживцев. Без таких полевых связистов победа была бы невозможна. Спасибо!

Текст: Александра Клесова

Фото: Альбина Бирюкова, Александра Клесова

Обсуждение закрыто.